ЭНИ «В. Г. Белинский»
Том I. Полное собрание сочинений в 13 томах
  • мебель для ванны испания
    akvarius.su

Яндекс.Метрика Яндекс цитирования
Bookmark and Share

 

 

 

 

<РЕЦЕНЗИИ, СЕНТЯБРЬ 1835 г.>

85. Полный и новейший песенник, в тринадцати частях, содержащий в себе собрание всех лучших песен известных наших авторов, как-то: Державина, Карамзина, Дмитриева, Богдановича Нелединского-Мелецкого, Капниста, Батюшкова, Жуковского, Мерзлякова, А. Пушкина, Баратынского, Козлова, барона Дельвига, князя Вяземского, Федора Глинки, Бориса Федорова, Веневитинова, Слепушкина и многих других литераторов. Расположенный в отдельных частях для каждого предмета. Собранный И-м Гурьяновым. Москва, в типографии Н. Степанова. 1835. Тринадцать частей: I—191, II—144, III—114, IV—160, V—148, VI—97, VII —190, VIII —176, IX —120, X—137, XI—114, XII—144, XIII—144. (16).1

Достоинство этой книги совершенно соответствует замысловатости ее заглавия. Г-н Гурьянов обогатил рыночную литературу новым произведением. Тут нет ничего худого: г. Гурьянов следует внушению своего гения. Да вот беда: его гений уж чересчур игрив. Мы не говорим о том, что он из наших писателей составил такое разнохарактерное общество, какого не представляет и самая «Библиотека для чтения»; что он свел Державина, Пушкина, Жуковского, Мерзлякова, Козлова, Батюшкова, Веневитинова и др. в одну компанию с Богдановичем, Нелединским-Мелецким, Капнистом, Борисом Федоровым и Слепушкиным; мы не удивляемся поистине удивительному хладнокровию знаменитых корифеев нашей литературы, с каким они видят себя в таком прекрасном обществе; мы не удивляемся незаконной дерзости, осмеливающейся ругаться над правами собственности: всё это вещи очень обыкновенные в Москве; об этом много говорится в петербургских журналах, об этом бывает речь и в московских журналах. Но мы, при всей нашей привычке к подобным явлениям, не можем надивиться одному: как могут быть на свете такие люди, которые не умеют сделать порядочно ни хорошего, ни дурного дела.

Кто дал право г. Гурьянову, поместивши без позволения авторов пиесы, исказить их пропусками и переправками своей

308


фантазии и орфографическою безграмотностию? Не угодно липолюбоваться его поправочками:

Скинь мантилью, ангел милый
И явись, как яркий день
Ножку дивную продень
Ночной зефир
Струит эфир... и пр.1

Или

«Скажи, что смотришь на дорогу? —
Мой храбрый вопросил.—
Еще попей, ты, слава богу,
Друзей не проводил».
К груди поникнув головою,
Я громко просвистал,
«Гусар! уж нет ее со мною!»
Сказал и замолчал.
Слеза повисла на реснице
И канула в покал.
«Дитя, ты плачешь о девице!»
Сказал и замолчал.2

Или

Скучно, грустно... завтра, ныне,
Завтра к милой возвращусь,
Я забудусь при камине
Загляжусь, не нагляжусь
.3

Или

Ты из житейских обличитель,
В душевном мраке милый свет,
Ты дружба, сердца исцелитель,
Мой добрый гений с юных лет.

С чего вздумалось г. Гурьянову пропеть одно и то же стихотворение Пушкина в двух разных частях и на разные голоса? В отделении песен простонародных и хороводных это стихотворение напечатано так:

Я пережил свои желанья,
Я разлюбил свои мечты,
Остались мне одни страданья,
Плоды сердечной пустоты!

Под бурями судьбы жестокой
Увял цветущий мой венец!

309


Живу печальный, одинокой
И жду — придет ли мой конец.
Так поздним хладом пораженный,
Как бури слышен зимний свист;
Один на ветке обнаженной
Трепещет запоздалый лист!..

В отделении песен любовных это стихотворение напечатано так:

Я пережил свои желанья,
Я разлюбил свои мечты;

Остались мне одни страданья,
Плоды сердечной пустоты.

Безмолвно жребию послушный,
Влачу страдальческий венец,
И жду, печальный равнодушный,
Когда же придет мой конец.1

A propos:* знаете ли, какие пьесы помещены в отделении песен застольных, дружеских и круговых? — «Вечерний звон» (Козлова), «Дарует небо человеку» (из «Бахчисарайского фонтана»), «Мойдруг, хранитель-ангел мой» (Жуковского), «Небо, дай мне длани» (Хомякова), «Светит месяц на кладбище» (Жуковского). И знаете, между какими произведениями? «Саша, ангел, как не стыдно»; «Пожалуйте, сударыня, сядьте со мною рядом»; «Братья, рюмки наливайте» и пр. А сколько других нелепостей! Стихотворение г. Шевырева «Супруги» (военная песня, помещенная в «Московском вестнике», 1827) приписано Пушкину, под заглавием «Свадьба», с пропусками и бессмысленными искажениями; некоторые пьесы напечатаны по шести раз (разумеется, с вариантами); большая часть сборника состоит из старинных сочинений, отличающихся площадным вкусом и дурными стихами. Для образчика выписываем куплетец из одной такого рода невинной песенки:

Однажды я Лилету
Зефирами раздету,
Забвенну сном — зрел здесь;
На ту красу взирая,
Я таял, обмирая,—
И... если бы не честь...

Как ни неприятно, ни отвратительно рыться в подобном соре, но, положивши себе за непременную обязанность пресле-


* Кстати (франц.).Ред.

310


довать литературным судом литературные штуки всякого рода, обличать шарлатанство и бездарность, я почел долгом выставить перед глазами публики поступок г. Гурьянова. Если я этим не предупрежу других подобного рода литературных предприятий, то, может быть, спасу многих доверчивых читателей от покупки и прочтения дурной книги: в таком случае, моя цель достигнута и труды не пропали. Еще прибавлю, что эта книга напечатана на серой, дурной бумаге и украшена чудовищными картинками, отличающимися лубочною работою и площадным вкусом.*


* В «Библиотеке для чтения» г. Степанов назван издателем этого сборника вместе с г. Гурьяновым: это, верно, по ошибке, ибо г. Степанов столько же виноват в этом грехе, сколько фабрикант, делавший обверточную бумагу, на которой напечатаны неблагоприобретенные пьесы песенника.

311