Белинский

Том второй. Собрание сочинений в 9 томах

СЕКРЕТАРЬ В СУНДУКЕ (,) ИЛИ ОШИБСЯ В РАСЧЕТАХ. Водевиль-фарс. В двух действиях. М. Р. С.-П.бург. В тип. Н. Воробьева. 1839. В 8-ю д. л. 75 стр.

ТРИ ОРИГИНАЛЬНЫЕ ВОДЕВИЛЯ: I.НОВИЧКИ В ЛЮБВИ. II. ЕГО ПРЕВОСХОДИТЕЛЬСТВО, ИЛИ СРЕДСТВА НРАВИТЬСЯ. Ш. ТАК, ДА НЕ ТАК. Сочинения Н. А. Коровкина. С.-П.бург. 1840. В тип. Н. Греча В 32-ю д. л. 238 стр.

 

Водвиль не принадлежит к сфере высшей поэзии, высшего искусства. Он не может быть художественным произведением, но он может быть поэтическим произведением, как арабеск, как виньетка Тонни Жоано к «Дон Кихоту» 1. Если бы великий ху­дожник низошел, спустился до водвиля, его водвиль был бы ша­лостью гения, грациозною улыбкою прекрасной женщины. Пред­мет водвиля — страстишки и слабости, смешные предубеждения, забавно оригинальные характеры, анекдотические случаи частной и домашней жизни общества. Словом, когда водвиль не выходит из своих пределов и не заходит в чуждые ему сферы, когда он забавен, легок, остроумен, жив, он может доставлять очень прият­ное, хотя и минутное удовольствие и в чтении и на сцене. Таков водвиль французский, этот едва ли не самый вкусный и аромати­ческий плод французской поэзии, французского ума, французской фантазии и французской жизни, после песни, которой представи­тель Беранже. Если же к этому присовокупить французское уме­ние и французский талант владеть сценою и делать ее живым зеркалом действительной жизни, то исключительное владычество водвиля на всех сценах Европы будет очень понятно.

Однако же водвиль хорош только на французском языке и на французской сцене, хотя он и овладел всеми языками и всеми сценами. Это очень естественно. — Чтобы усвоить себе француз­скую кухню, достаточно выписать из Парижа повара-француза и отдать ему на выучку немецких или русских поварят; но, чтобы усвоить себе французский водвиль, надо сперва усвоить себе французскую национальность, а это так же невозможно, как за­ставить курицу плавать с цыплятами по светлому пруду, а утку, с ее утятами, рыться в кучах сора. Не знаем, право, каковы анг­лийский и немецкие водвили, но знаем, что русские решительно ни на что не похожи. Это какие-то космополиты, без отечества и языка, какие-то тени без образа, клетушки и сарайчики (замками грешно их назвать), построенные из ничего на воздухе. В них редко встретите какое-нибудь подобие здравого смысла, об остроте и игре ума и слов лучше и не говорить. Место действия всегда в России, действующие лица помечены русскими именами; но ни русской жизни, ни русского общества, ни русских людей вы тут во узнаете и не увидите. В этих водвилях, большею частию переделках и сколках с французских водвилей, Россия так же похожа на самое себя, как русские нравы похожи на то, что рассказывали

 

518


в русских «нравоописательных романах» 2. Вот, например, в «Сек­ретаре в сундуке» есть лицо подьячего, которое говорит подьяче­ским языком времен «Ябеды» Капниста3, которого вы теперь нигде не найдете и которое явно взято целиком из общих мест рыночного драматического искусства. В «Новичках в любви» представлены две девушки-невесты, одна 16, другая 17 лет, кото­рые так невинны, что упрашивают взаимно уступить друг другу жениха; одна предлагает за то коробочку с облатками, за исклю­чением, впрочем, одной облатки с корабликом, а другая какую-то печатку или другую игрушку. Жених же их будто бы кандидат философии какого-то университета, а в самом-то деле неудачный сколок с Кутейкина в «Недоросле» Фонвизина. Где видели «творцы» сих и оных водвилей подобные лица в современном русском обществе?

Впрочем, справедливость требует исключить из числа подоб­ных драматургов господ Полевого и Коровкина, людей с истинным дарованием4. Жаль только, что последний упрямо держится, на­зло своему дарованию, водвиля, тогда как первый давно уже по­нял, что нам нужно не водвиль, а русская драма. И удивительно, что убеждения в этой истине г-ну Полевому достаточно было для того, чтоб упасть на сцене только с одним плохим водвилем — кажется, «Чересполосные владения» 5 — тогда как г-н Коровкин еще не может удовольствоваться таким огромным числом водви­лей. Право, жаль!.. Оставь г. Коровкин водевиль и возьмись за трагедию, драму и комедию, он явился бы достойным соперником г-на Полевого не по одной многоплодной деятельности, но и по таланту, а русская литература гордилась бы не одним «Уголино» 8 и не одним «Ужасным незнакомцем», но целыми дюжинами таких прекрасных произведений в драматическом роде.

519

Источник: http://www.vgbelinsky.ru/texts/books/9-2/reviews_and_notes_april_1838-january_1840/Vaudevilles/